Петербург, ХХ век, фрагменты: Сергей Погореловский. Проблески во тьме

История Петербурга, ХХ век, фрагменты


Главная

Предисловие

Новости

Ссылки

Благодарности

Авторские права

События

Карта сайта





E-mail:
admin@fragments.spb.ru

Сергей Погореловский. Проблески во тьме

В публикациях о драматической судьбе Зощенко и Ахматовой (в том числе – в "Неве" №5, 1988) нет недостатка в тягостных подробностях предательства попавших в опалу писателей их недавними друзьями и соратниками.

Да, было это. Но было и другое. Память сохранила – наряду с мрачными – и светлые штрихи того времени. Поделюсь ими.

Шестнадцатое августа 1946 года. Творческую интеллигенцию Ленинграда собрали в Смольном, в историческом зале, где Ленин провозгласил советскую власть. В президиуме – А. Жданов, А. Кузнецов, П. Попков. Председательствующий поэт А. Прокофьев предоставляет слово Жданову.

Жданов начал с претензии на аристократичность:

– Я имею честь доложить вам мнение Иосифа Виссарионовича и Постановление ЦК.

Далее шли отнюдь не аристократические ругательства: "подонок Зощенко", "блудница Ахматова" и тому подобное.

Предложили высказываться. В числе других выступил поэт Б. Лихарев. Первая его фраза вызвала смех всего зала. Все знали: редактор журнала "Ленинград" Лихарев в числе прочих был вызван в Кремль, где Сталин объявил о закрытии возглавляемого им журнала. И вот Лихарев на трибуне:

– Это был счастливейший день всей моей жизни! Я увидел нашего величайшего, нашего любимейшего... и т. д.

Смеялись даже в президиуме. Смеялся Жданов, прикрыв лицо рукой.

Тем большим контрастом стало дальнейшее.

Зачитывается резолюция, одобряющая Постановление ЦК.

– Кто за? – спрашивает Прокофьев. – Кто против? Никого. Кто воздержался?

И вдруг откуда-то из конца зала женский голосок:

– Я против!

Общий шок. Люди вскакивают с мест, растерянно оглядываются. А голосок снова:

– Разрешите, я объясню.

Из последнего ряда медленно выбирается женщина средних лет в длинном, до пят, костюме из сурового полотна. Так же медленно, опираясь на трость, идет по центральному проходу к сцене.

В президиуме замешательство. В зале шум. "Кто это? Откуда?" – спрашивают люди друг у друга. Детскую писательницу Наталию Леонидовну Дилакторскую (она здравствует и ныне) даже в нашем писательском Союзе знали не все. А в других творческих союзах – тем более.

Под многоголосый гул зала Дилакторская поднялась на трибуну. Произнесла всего одну фразу:

– Было бы справедливо сказать в Постановлении, что у Зощенко есть хорошая книга для детей – "Рассказы о Ленине", – и не спеша спустившись с трибуны, вернулась на свое место.

Оцепенение в президиуме прошло. Пошептавшись со Ждановым, Прокофьев объявляет:

– Итак, резолюция принята единогласно!

Видно, Дилакторская нам лишь померещилась...

А через несколько дней в Мавританской гостиной Дома писателя имени Маяковского сотрудница Литфонда Наталия Ивановна выдавала писателям продовольственные карточки на сентябрь. Подошел и встал в очередь Зощенко.

Увидев его, Наталия Ивановна побледнела.

– Михаил Михалыч, дорогой, сказала она мучительно сдавленным голосом, словно умоляя о прощеньи за свою – лично свою! – вину перед ним. – Но у меня нет для вас карточек! Вас и Анну Андреевну исключили...

Не забуду, каким взглядом ответил ей Зощенко. Печаль, понимание было в нем. И благодарность простой доброй женщине за ее душевную боль. Потом он устало смежил глаза. Словно уснув, постоял так миг, другой – и вдруг, круто повернувшись, ушел.

Добивали лежачего...

Но вскоре приехал из Москвы Фадеев. Привез карточки для Ахматовой и Зощенко. Властью члена ЦК партии он напомнил ведавшим карточками чиновникам: Постановление ЦК к голодной смерти исключенных писателей не приговаривало.

Да, было все... Было предательство, хамелеонство. Но был и мужественный, опасный по тем временам поступок Дилакторской (за него она заплатила годами отлучения от литературы). Была душевная мука Наталии Ивановны. Моральная и материальная поддержка Фадеева. Вселяющие мужество письма читателей. Сочувственное понимание во взглядах незнакомых...

Проблески благородства и человечности в бездушной тьме культа. Проблески справедливости, до торжества которой тогда было так еще далеко...

(Цитируется по: Нева, №4, 1989)

См. также

Справка МГБ СССР о писателе М. М. Зощенко
Из постановления ЦК ВКП(б) от 14 августа 1946 г.
Из доклада т. Жданова о журналах "Звезда" и "Ленинград"
Отмена постановления о журналах "Звезда" и "Ленинград"