Петербург, ХХ век, фрагменты: Г. Е. Зиновьев

История Петербурга, ХХ век, фрагменты


Главная

Предисловие

Новости

Ссылки

Благодарности

Авторские права

События

Карта сайта





E-mail:
admin@fragments.spb.ru

Г. Е. Зиновьев

Зиновьев (Радомысльский), Григорий Евсеевич (1883–1936) – партийный и государственный деятель, член РСДРП с 1901 г. Теснейший соратник Ленина в период 1903–17 гг., соавтор Ленина по книге "Социализм и война". Вернувшись в Россию вместе с Лениным, Зиновьев выступал против "Апрельских тезисов", а затем и против Октябрьского восстания, вошел в состав Исполкома Петроградского Совета, на I Петроградской общегородской конференции избран председателем Петроградской большевистской организации. Выступал против объединения с меньшевиками, за передачу власти Советам. Во время июльских событий поддержал предложение о сдерживании масс, позже присоединился к мнению, что следует поддержать их движение, но настаивал на мирном характере демонстрации. В ноябре Зиновьев организовал протест против первого однопартийного большевистского правительства и демонстративно вышел из ЦК. С декабря 1917 г. – председатель Петроградского Совета. В 1919–1926 гг. – председатель Исполкома Коминтерна. Дважды исключался из партии – в 1927 и 1934 гг. Был подложно обвинен в абсурдных преступлениях и казнен после первого из Московских процессов в августе 1936 г.; реабилитирован посмертно в 1988 г.

Для борьбы с "зиновьевской" ориентацией ленинградской парторганизации, ее главой в 1926 г. был назначен Киров.

З. Н. Гиппиус о Зиновьеве:

Любопытно видеть, как "следует" по стогнам града "начальник Северной коммуны". Человек он жирный, белотелый, курчавый. На фотографиях, в газете, выходит необыкновенно похожим на пышную, старую тетку. Зимой и летом он без шапки. Когда едет в своем автомобиле - открытом, - то возвышается на коленях у двух красноармейцев. Это его личная охрана.

Л. Д. Троцкий о Зиновьеве:

Центром растерянности был Зиновьев. Свердлов говорил мне: "Зиновьев - это паника". А Свердлов знал людей. И действительно: в благоприятные периоды, когда, по выражению Ленина, "нечего было бояться", Зиновьев очень легко взбирался на седьмое небо. Когда же дела шли плохо, Зиновьев ложился обычно на диван, не в метафорическом, а в подлинном смысле, и вздыхал. Начиная с семнадцатого года, я мог убедиться, что средних настроений Зиновьев не знал: либо седьмое небо, либо диван. На этот раз я застал его на диване.